Джон не мог произнести ни слова, поэтому вступила Эли:

– Лесли? Лесли, ты еще с нами?

Голос Лесли раздался откуда-то из-за кадра в тот самый момент, когда камера поймала в кадр первую полицейскую машину, подъезжающую к месту событий.

– Да, Эли и Джон, мы сейчас находимся на безопасном расстоянии, и, как вы можете видеть, в дело вмешалась полиция, так что волнение очень скоро уляжется.

– С чего это все началось? – спросила Эли. Джон знал; он никогда не задал бы такой вопрос.

– Ну... вероятно, вы видели того человека за заднем плане...который обращался к толпе...

– Да, и думаю, наши телезрители тоже видели.

– Очевидно, он выступает против абортов, а как всем нам известно, вопрос об абортах является одним из самых злободневных вопросов нынешней кампании – и думаю, именно это обстоятельство и послужило причиной довольно серьезных разногласий.

– Тридцать секунд. Заканчиваем, – послышался голос Раша в их наушниках. Эли закончила фразой:

– Хорошо, оставайся на месте, Лесли, а мы узнаем от тебя новые подробности сегодня в семь часов. Будь осторожна.

– Да, я буду здесь, и мы будем внимательно следить за всем, что здесь будет происходить.

Джон с некоторым облегчением сказал, глядя во вторую камеру:

– На этом мы заканчиваем выпуск. Оставайтесь на канале Си-Би-Эс и смотрите вечерние новости в семь часов вечера.

– До встречи, – сказала Эли.

Музыкальная заставка. Общий план студии. Титры. Теле ведущие перебрасываются неслышными зрителям фразами со спортивными комментаторами и дикторами из отдела метеосводок, собирая и перетасовывая страницы сценария. Реклама.

– Мэл, – сказала Тина Льюис, – ты слышишь меня?

– Да, мы по-прежнему на связи, – ответил голос Мэла, слегка звеневший от возбуждения.