– Мне жаль, что мы не можем разрешить ваши трудности. Но, в самом деле, это ваша проблема, и вы единственный человек, который в состоянии как-то разобраться с ней, и на вашем месте я бы занялась этим.

Джон просто повернулся и вышел из кабинета.

Он прошел в гримерную, чтобы взглянуть на свое лицо в большое зеркало. Грим все еще лежал хорошо со времени последнего выпуска. Подправить следовало выражение лица. «Ну давай, парень, расслабься. Кому приятно видеть такое?»

Вернувшись в отдел новостей, Джон снял пиджак и повесил его на крючок как раз в тот момент, когда Пит Вудман вручил ему текст рекламного объявления. Он бегло просмотрел его, присев на табурет, стоящий сразу за фанерным задником студии новостей. Именно отсюда велись все прямые репортажи из информационного отдела. Это была очень удобная съемочная площадка, практически телевизионная студия одного человека: телекамера с дистанционным управлением, несколько прожекторов, телевизионный суфлер с дистанционным управлением.

Джон взглянул на монитор и с помощью пульта дистанционного управления передвинул камеру чуть вверх. Теперь его изображение оказалось в центре экрана. Телевизионный суфлер перед камерой был настроен и готов к работе. Джон вставил в ухо передатчик, чтобы услышать команду из аппаратной.

– 0'кей. Основной монитор показывал заключительную часть вечерних новостей Си-Би-Эс. Потом последовали два анонса о программах канала.

– Пять секунд, – раздался в наушнике голос Пита Вудмана.

Контрольная фраза: «В эфире Си-Би-Эс».

– Два, один... Музыкальная заставка.

На экранах телевизоров города появился Джон в рубашке с короткими рукавами и распущенным узлом галстука у него был такой вид, словно он только что оторвался от напряженной работы в отделе новостей, интерьер которого виднелся за его спиной. Внизу экрана появился титр: Джон Баррет, программа новостей Шестого канала.

Джон сразу заговорил, незаметно следя глазами за бегущим по телевизионному суфлеру текстом.